«Если хочешь чего-то добиться, меняй окружение»: Саша Рудинский о поворотных моментах, карьере и предстоящей свадьбе

Впервые зрители Нового канала увидели Александра Рудинского в комедийном сериале «Подорожники». Харизматичный, талантливый, располагающий к себе… На него сразу же обратили внимание! Едва успев выпуститься из театрального, актер оказался на съемочной площадке с мастодонтами украинского театра и кино. Его партнерами по кадру стали: Олеся Жураковская, Ирма Витовская, Вячеслав Довженко, Наталья Сумская и Виктор Андриенко. Саша сыграл простого пацанчика из Житомира – глуповатого, но искреннего. Несмотря на то, что роль была второстепенной, Рудинскому удалось исполнить ее так, что казалось, будто именно он должен быть в центре сюжета.

Затем Рудинский появился в нашумевшем проекте «Первые ласточки», который посвящен реальным проблемам современных подростков. Молодому актеру досталась одна из главных ролей. Он сыграл старшеклассника-хулигана Никиту «Ника» Маслова. И сделал это великолепно! После премьеры «Ласточек» Саша проснулся знаменитым. О нем и его коллегах по проекту, без преувеличений, говорили все…

Саша Рудинский взял хороший разгон и уверено строит карьеру не только в кино, но и в театре. Количество поклонников актера увеличивается в геометрической прогрессии, как и интерес к его профессиональной и личной жизни. Именно на эти темы мы и поговорили с «восходящей звездой».

Как прошли детские и школьные годы Александра Рудинского? Благодаря кому он попал в театральную студию? В какие передряги Саша попадал во время учебы и чему его научила общажная жизнь? Какого было молодому актеру получить международную премию и считает ли он награду заслуженной? Что известно о невесте Рудинского и почему они никак не могут определиться с датой свадьбы? За что актер разбил голову понравившейся девочке и за какой поступок он уже несколько лет не может себя простить? Ответы на эти и многие другие вопросы читай в интервью Нового канала.

Полную версию можно прослушать здесь:

Детство и первые шаги к актерству

Саша, телезритель знает тебя по сериалам «Первые ласточки» и «Подорожники». У тебя талант каким-то невероятным образом даже своих второстепенных персонажей превращать в основных. И это влюбляет, в профессиональном смысле. Помнишь, когда осознал, что актерство – призвание, а не хобби?

– Конкретного момента не было. Я учился в творческой школе в классе театрального искусства. Уже с пятого класса мы выбирали направление, в котором хотели бы развиваться. Уделяли много времени изучению сказок, художественных произведений… Позже я три года проучился в Николаевской театральной студии при Украинском драматическом театре. Там я изучал театр изнутри: смотрел со стороны, как работают артисты, какие у них традиции, как нужно вести себя на сцене….

Обожал пробовать себя в разных образах. До сих пор помню свой первый этюд. Я играл бомжа, который напивался и рылся в мусорных баках. Допивал остатки алкоголя из найденных бутылок, докуривал чужие бычки, а потом устраивал бойню с другими бомжами. Но со мной на сцене никого не было. Я представлял, что рядом сидит какой-то бомж, и разыгрывал с ним драку.  Это было очень смешно!

Мы часто вспоминаем те времена с моими друзьями, которые тоже учились в студии. Например, Артем Самбура сейчас успешный музыкант и снимает клипы для Alyona Alyona. Продвинутый парниша! А тогда мы занимались общим делом.

То есть, театр покорил твое сердце еще в раннем возрасте. А какое первое воспоминание всплывает, когда думаешь о том времени? Ты ведь не сутками напролет актерским мастерством занимался.  Наверняка, гулять любил, как и все дети…

– Отчетливо помню один момент… Я жил в обычной пятиэтажке на первом этаже, балкон выходил во двор, где постоянно играли мои друзья. Слышал их смех, крики, веселье – и у меня был такой соблазн выйти к ним. Но не мог, потому что сидел и читал. А мысли все были там, во дворе, с ребятами. Все время я выглядывал на улицу, а они еще начали кричать: «Рудик, выходи!» Но мама не выпускала меня гулять, потому что я должен был дочитать до какой-то определенной страницы. И только потом мне можно было выйти.

Это было дополнительное чтение или домашнее задание?

–  Внеклассное чтение. Так хотели родители. Я читал «Робинзона Крузо» Даниэля Дефо, когда другие дети еще даже букв не знали (смеется). Лет в пять знал уже всю таблицу умножения, мог назвать столицы всех стран Европы. Я не говорю, что был каким-то эрудитом или вундеркиндом. Нет. Просто мне было безумно интересно узнавать что-то новое.

А как у тебя складывались отношения со сверстниками? Ты был душой компании или, наоборот, затворником?

– Я всегда был душой компании! И обожал дурачиться. У меня был очень дружный класс, все пацаны – как одно целое. Прошлым летом я приезжал в Николаев на свой день рождения, и мы с ребятами воссоздали фотографию 15-летней давности. Те же люди, та же местность. Все так изменились, это очень интересно.

В школу родителей «на ковер» не вызывали?

— Конечно, бывало! И не один раз. Меня, кстати, после 8-го класса выгнали из школы.

Что натворил?

— Просто накопилось… Я много дурачился со своими друзьями из старших классов, постоянно встревал в какие-то передряги. Ребята могли отмазаться, мол: «Это не мы. Нас там не было. Вы ошиблись», мне же с этим было куда сложнее. С цветом волос не повезло! Все знали: если где-то что-то затевается, и рядом крутится кто-то рыжий – значит, это точно Рудинский (улыбается). Поэтому учителя мне и сказали: «Санечка, надо тебе перейти на один год в другую школу. Если хочешь чего-то добиться, нужно менять окружение». Было обидно. Я не понимал, почему должен прейти в другую школу. Считал, что это несправедливо. И ученики так же думали. Знаешь, они целую петицию составили, ходили подписи собирали по всем классам. Это, конечно, не помогло, но мне было очень приятно.

Когда я перешел в другую школу, стал более самостоятельным. Ни на кого не надеялся, тем более, на друзей.  Отучился год, а потом вернулся в родную школу. Вскоре в Николаеве открыли театральный колледж. Мне сказали: «Придешь к нам — и мы сразу тебя заберем». По итогам творческого конкурса, я был в рейтинге на первом или втором месте. Поступил туда, отучился два года. А после 11-го класса уехал в Киев и поступил в театральный.

Учителя мне сказали: «Санечка, надо тебе перейти на один год в другую школу. Если хочешь чего-то добиться, нужно менять окружение».

Ты ведь закончил университет театра и кино им. Карпенко-Карого, да? Когда пришло время выбирать университет, были сомнения?

— Никогда у меня не было сомнений. Больше скажу, я жил на юге Украины, рос на советских фильмах. И очень мечтал поступить в Школу-студию МХАТ в России. На бюджетное отделение, естественно. На то время контракт был очень дорогой – около 100 тысяч гривен. Но я паспорт получил не в 16, а в 18 лет. Не занялся этим вовремя, поэтому и документы собрать не успел.

В итоге решил попробоваться в Карпенка-Карого, не зная при этом, к какому мастеру буду поступать. Тщательно подготовился, приехал, показал себя – и меня взяли. И знаешь, я ни капельки не жалею, что не поехал в МХАТ. Искренне говорю. Безумно рад тому, что остался и попал в мастерскую Дмитрия Михайловича Богомазова. Для меня она самая лучшая в Украине!

Ни капельки не жалею, что не поехал в МХАТ.

А родители были не против, что ты пошел в театральный? Не читали тебе лекций в духе «это несерьезная профессия, давай на инженера»?

— Нет, такого не было, слава Богу. Они видели, что я горю актерством, что у меня это действительно получается. И поддерживали меня. Я им за это очень благодарен! Хотя, думаю, если бы во время моих выступлений зрители в зале сидели со скучающими лицами и листали ленту в Facebook, все могло быть иначе. Это, как минимум, вызвало бы у них сомнения (улыбается).

Ты сам из Николаева. Когда поступил и переехал в Киев, жил в общежитии? Наверняка, у тебя в запасе есть несколько cool story с тех времен…

— На самом деле, их практически нет… Я вовремя дал себе понять, что мне нельзя нырять с головой в «настоящую общажную жизнь». Учеба была для меня приоритетной. Конечно, я мог себе позволить пару раз пацанами устроить покерные вечеринки. Нас было человек 10-12, мы собирались на кухне и «рубились» в покер. Не без рюмочки горячительного, естественно.

Я вовремя дал себе понять, что мне нельзя нырять с головой в «настоящую общажную жизнь».

Играли на деньги?

— Да! Какой же покер без денежек? Это неинтересно (улыбается). Хотя какие там деньги у нас, студентов, были… Стипендия – 1000 гривен. Попробуй выживи! Поэтому и взносы делали минимальные: 20-30 гривен, 50 – уже потолок.

В общежитии постоянно какие-то «движухи» происходили, но я редко принимал в них участие. Желания особо не было, да и в университете мастера нас загружали заданиями. Некогда было дурака валять. Только за второй семестр первого курса мы поставили более 100 новелл. Это сотня рассказов, каждый из которых длится по 15 минут. Мы в это время могли уместить целое произведение Василия Макаровича Шукшина или кого-то из украинских писателей.

Работа в театре и международное признание

После окончания университета тебя взяли в Академический театр им. Ивана Франка. Ты изначально хотел туда, или в другие тоже пробовался?

— Я хотел пойти за своим мастером — Дмитрием Михайловичем Богомазовым. Если быть честным, всегда мечтал играть в Театре на левом берегу Днепра. Он там был режиссером, и выпустил большинство своих культовых спектаклей. Я ходил в этот театр каждые выходные! Некоторые спектакли Дмитрия Михайловича смотрел по 16 раз! Но потом ему предложили должность главного режиссера в Театре Франка. И мы, его студенты, пошли за ним. Ведь для нас он – театральный Бог!

Решение пойти за Богомазовым было в какой-то степени судьбоносным. На VIII Международной театральной премии Академии драмы в Китае твой театр забрал сразу четыре награды. И одну из них взял лично ты. Расскажи об этом…

— Это был международный театральный фестиваль. Сразу скажу, что я туда ехал не за победой. Никогда до этого не был в Китае, ни разу не летал таким длительным рейсом. Раньше – максимум по два часа, а тут – три перелета за день, самый продолжительный – десять с половиной часов. Я никогда не преодолевал такую дистанцию. Было страшно. Жили мы в пятизвездочном отеле Hilton. Представляешь? Об этом позаботилась Китайская Федерация.

На фестивале мы представляли спектакль «Кориолан» Уильяма Шекспира. Но укороченную версию – на 30 минут. Специально для этого Дмитрий Михайлович сделал синтез – какие-то сцены сократил, какие-то вырезал, не нарушив при этом целостность сюжета. Меня номинировали за «Лучший дебют». Это прикольно! (улыбается)

Не ожидал?

— Совершенно! Я играл жанровую роль, небольшую, но яркую. Грим очень отчетливый – бледная кожа, большие глаза, черный рот. Персонаж немного в джокерском стиле, но со своими особенностями. Может, это и зацепило жюри…

Думала, такие награды получают актеры, отыгравшие очень много лет на сцене. Ты разрушил этот стереотип…

— Мне повезло находиться в хорошей компании. Я летал вместе с Дмитрием Михайловичем Богомазовым, Алексеем Владимировичем Богдановичем, Богданом Михайловичем Бенюком, Дмитрием Черновым… Понимаешь, какая банда собралась? Было очень круто! Да и в целом поездка прошла отлично. Перелет, проживание, суточные… Все оплачено! Плюс, за премию, кроме кубка и подарков, призовые выплатили. Все для тебя!

Крутая вышла поездочка! А какие-то курьезы случались? Я в Instagram Stories видела, что китайцы вас вроде как в театре закрыли…

— Да это случайно было! Мы просто репетировали в классе, а параллельно шел какой-то спектакль. Вот нас и закрыли на щелочку, чтобы шума меньше было. Богдан Михайлович [Бенюк] это заметил, начал колотить в дверь и кричать «Ау!» Нас услышали. Открывает девочка и говорит нам что-то на своем китайском. А Богдан Михайлович ей: «Шо ти тут мусюкаєш мені?!» Было очень смешно!

Карьера в кино – Украина и мир

Помимо театра, ты еще и в кино снимаешься. Что все-таки тебе нравится больше – быть в кадре или на сцене?

— Я не разделяю кино и театр в этом плане. Не могу сказать, что мне нравится больше. Когда я снимаюсь в кино, очень люблю кино. Когда играю в театре, люблю театр и думаю только о нем. Пойми, стоя на сцене, не думаю: «Так, на завтра надо учить съемочный текст». Я полностью погружаюсь в работу, отдаю всего себя. А потом еду домой, учу текст и отправляюсь на съемочную площадку.

Конечно, кино и театр – вещи разные. У них диаметрально противоположная динамика. В кино, как только ты заходишь в кадр, сразу начинаешь играть – выдавать необходимые эмоции, подключать актёрские техники и навыки. В театре же все по-другому. Я должен проделать путь в два месяца, чтобы сыграть свою роль. И оба расклада мне по-своему интересны.

О твоей карьере в театре мы уже знаем немало. А помнишь свою первую роль в кино?

— Конечно, помню! Я играл одноклассника-хулигана в украино-русском сериале «Любимая учительница». У меня было шесть съемочных дней. Сериал оказался очень популярным, его показывали в эфире больших телеканалов. Кстати, на съемках «Любимой учительницы» я познакомился со своим другом Олегом Гаасом. Мы с ним сей день дружим. Я к нему приезжаю в гости, он – ко мне. Олег очень любит Украину.

А ты сам пошел на кастинг или тебя позвали?

— Это была первая проба в кино. Меня позвали, я сразу ухватился за возможность. Вообще считаю, если ты хочешь добиться чего-то, должен максимально «вбрасывать» себя. Давай будем честными, у нас нечем перебирать. Поначалу, конечно, придется поработать с разными материалами, режиссерами, набить пару… десяток шишек. Ты будешь ошибаться, тебе будет не нравиться то, что делаешь. Но наступит момент, когда поймешь, что все не зря. Например, если на первом курсе я играл с каким-то актером эпизодическую роль, и чувствовал себя «чайником». То сейчас уже могу работать с ним в кадре на равных.

Помню, когда во время учебы у меня выпадало два съемочных дня в каком-то фильме или сериале, я так радовался! Говорил: «Гей, я на другому курсі! Мені дадуть півтори тисячі. Йо-ма-йо! Дві тисячі? Вау! Дві з половиною? Юху, житиму на них місяць!» А актеры, которые в то время на меня даже внимания не обращали, сейчас подходят и благодарят за «Первые ласточки». И даже не помнят, что я с ними снимался. Это все опыт.

Если ты хочешь добиться чего-то, должен максимально «вбрасывать» себя.

Ты снялся уже в двух проектах Нового канала. Сначала это был сериал «Подорожники», потом – «Первые ласточки». Проекты по своему жанру абсолютно разные. Там комедия, тут драма. Что тебе все-таки ближе?

— Наверное, драма. Мне этот жанр интереснее тем, что можно проявить себя в разных амплуа. Ведь «Первые ласточки» не на 100% драматический продукт. Там много комичных моментов. Например, когда мой персонаж Ник вместе с другом набирал в презерватив зеленку, чтобы приколоться над одноклассницей. Или те же влоги, которые он записывал ради хайпа. Смотришь и думаешь: «Боже, что они творят?»

Но я бы не сказал, что комедия как жанр намного легче. Чтобы у зрителя возникла ответная реакция, мало просто кривляться в кадре. У персонажа должны быть хорошо считываемые черты характера, собственный жаргон, жесты… И актер должен не просто знать эти детали, он должен передать их зрителю. Развеселить человека – это настоящее мастерство.

Как по мне, «Подорожники» – пример качественной, добротной комедии. Не говоря уже об актерском составе. Жураковская, Андриенко, Витовская, Довженко… Это же просто бомба! Скажи, тебе не было страшно выходить на площадку с такими мастерами? Облажаться, испортить дубль…

— Представь только, какой у меня был азарт! Я понимал, что мне нужно проявлять инициативу. Играть, а не просто отдавать поле игры мастерам и уходить на второй план. Нужно было проявлять ловкость: подбежать, прыгнуть, улыбнуться, поднять настроение… Главное – не бояться. Стараться быть с ними на равных, бороться за кадр. Ох, какой же это был азарт! Было сложно не затеряться на фоне таких мастистых актеров. Мне очень повезло. Я переборол свои страхи в кадре. Это был нужный проект в моей жизни.

Я понимал, что мне нужно проявлять инициативу. Играть, а не просто отдавать поле игры мастерам и уходить на второй план.

Да, проект действительно стоящий. Чего только стоит ваш поцелуй с Жураковской. Вы очень круто отыграли! Несколько раз пересматривала этот момент и не могла сдержать смех. Расскажи, как снимали эту сцену. Съемочная группа и другие актеры в кадре не «кололись»?

— Мы в день снимали шесть-семь сцен, график был плотный, поэтому времени на такие паузы особо не было. К тому же, перед съемкой у нас всегда были репетиции и генеральные прогоны. Мы уже знали, где будет смешно. Были к этому готовы, и могли сдержать смешок в кадре.

Но, конечно, бывали моменты, когда «кололся»я. Такое происходило несколько раз на одном и том же месте. По сценарию, я должен был поцеловать Олесю [Жураковскую] в губы, после чего она отстранялась и говорила свою реплику. Там было что-то в духе: «Ви що, зовсім намахані?» И вот на этих словах меня просто разрывало на части. Я дико смеялся, и приходилось снимать еще дубль.

Video: «Если хочешь чего-то добиться, меняй окружение»: Саша Рудинский о поворотных моментах, карьере и предстоящей свадьбе

Саша Рудинский о поворотных моментах, карьере и предстоящей свадьбе: Если хочешь чего-то добиться, меняй окружение

Ты как-то поминал, что на съемках «Подорожников» вел тетрадь, в которой прописывал всю информацию о своем персонаже. Вплоть до его жаргонных словечек. Подглядел у кого-то этот метод или сам додумался?

— Вообще так делают многие актеры. Не знаю, кто этот метод придумал, но я им пользуюсь постоянно. Например, после спектакля или дня на съемочной площадке я отмечаю, что мне удалось, а что – наоборот – нужно поправить. Записываю также тексты своих сцен, их последовательность, какие-то отличительные черты своего персонажа… Так гораздо легче входить в роль. Это очень удобно.

Второй новоканальский проект с твоим участие – «Первые ласточки». Сериал наделал много шума на просторах украинского телевидения. И, думаю, он не нуждается в лишних описаниях. Скажи, когда ты только входил в съемки, предполагал, что проект ждет такой успех?

— Нет, я не думал, что будет такая реакция. Искренне говорю. Сняли очень качественный продукт и сделали классную рекламу. И это круто! К тому же, сериал не просто интересный, он очень нужный в современных реалиях.

После выхода «Первых ласточек» мне написало очень много людей. Кто-то благодарил, кто-то просто засыпал комплиментами. Это очень приятно! Честно сказать, еще до премьеры мне казалось, что «Подорожники» станут популярнее, чем «Первые ласточки».

После выхода «Первых ласточек» в эфир у тебя появилось больше предложений по работе или все осталось, как раньше?

— Как тебе сказать… Смотри, я всегда был в театре. Там работа постоянно продолжается, независимо от того, с кем я играю – с Леонардо Ди Каприо или с моими друзьями по «Первым ласточкам». Я все равно буду играть, распределение будет точно таким же. Тут ничего не поменялось и не поменяется.

Что касается кино, я получил огромное количество комментариев от настоящих мастодонтов этой индустрии – актеров, режиссеров, критиков…. Услышал много похвалы, и это невероятно приятно. Меня точно так же зовут на пробы, как это было раньше. Точно так же утверждают или нет. И пока после «Первых ласточек» я снимался только в одном проекте.

Сейчас, кстати, идут разговоры по поводу следующего проекта. Масштабного. К сожалению, пока не могу ничего афишировать. Но скажу, что это будет очень мощный материал. Такого украинский зритель еще не видел.

Работа постоянно продолжается, независимо от того, с кем я играю – с Леонардо Ди Каприо или с моими друзьями по «Первым ласточкам».

Заинтриговал! Что ж, нам остается только ждать от тебя новостей… Но давай, все же, вернемся к «Ласточкам». Всех интересует один вопрос: «Будет ли второй сезон?» Что-то знаешь по этому поводу?

— Ребят, сам еще ничего не знаю! Но очень хотелось бы продолжения.

Давай представим, что второму сезону быть. Каким ты видишь дальнейшее развитие своего персонажа?

— Хм, интересный вопрос… Я бы очень хотел, чтобы в жизни моего персонажа Ника сохранились препятствия. Чтобы жизнь после гибели «друга» в конце восьмой серии не стала такой, типа «А сейчас все вместе на Мальдивы. Отдохнем, развеемся после пережитого!» Жизненный путь Ника должен быть тернистым. Только через преодоление проблем он совершенствуется, растет как личность, становится лучшей версией себя.

Мне трудно представить, каким будет второй сезон. Я ведь не знаю, в какую сторону пойдут создатели. Они ведь люди умные, не станут делать продолжение истории. Верю, что это будет что-то радикальное. Не по стопам первого сезона. Наши герои выросли, закончили школу. Дальше хотелось бы увидеть их более взрослую, осознанную жизнь.

Интересно, кто будет новым «другом»…

— Да, интересно… Может, ты? (смеется)

Еще один знаковый проект, в котором ты сыграл, — короткометражка канадского режиссера Мэтью Гримарда «Goodbye Golovin». В конце февраля его покажут на международном кинофестивале Berlinale в Берлине. Это очень круто! Поздравляю! Расскажи, как попал в этот проект… 

— Подбором актеров занимался парень из Украины. Он нашел меня в Facebook и написал с предложением записать самопробы. Я сразу же откликнулся. А что тут было думать? Кому не хотелось бы поработать с режиссером-иностранцем? Как я уже говорил, у нас перебирать нечем. Нужно хвататься за любую возможность. Раньше, кстати, я так и делал, но сейчас не на все соглашаюсь. Если предлагают 2-3 съемочных дня в сериале, отказываюсь. Не хочу размениваться, мне есть, чем заняться.

Так вот. Я записал небольшое видео на английском языке, отправил. Потом пришло уведомление, что нужно записать еще одну сценку, но уже на русском. Далее были переговоры с продюсером и режиссером по Skype из Монреаля. Общались долго, они объясняли, чего хотят от меня, и как видят моего персонажа. Скинули мне сценарий, а вскоре и сами прилетели. Непосредственно на съемки. Команда была подготовлена «от и до»: знали, где и что хотят снимать. Оставалось только меня в кадр поставить и дать задание.

У нас перебирать нечем. Нужно хвататься за любую возможность.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Перші Ластівки ? (@lastivky.swallows)

Как тебе, кстати, работа с канадским режиссером? Его подход сильно отличается от того, как работают наши, украинские ребята?

— Это совсем разные материалы, понимаешь? И тот, и тот хочет снять хорошее кино. Поэтому сложно сравнивать.

Что тебе больше всего запомнилось о работе с Мэтью Гримардом?

— То, как он готовил меня к съемкам сцен. Он много говорил со мной, помогал понять моего персонажа. Так, собственно, работает большинство режиссеров. А еще во время репетиций Мэтью включал мне музыку, которая помогала настроиться на нужный лад. Я ее, кстати, по сей день слушаю.

Мы снимали интересные проходки по Троещине. Режиссер давал очень много крутых заданий. Просто не все вошло в монтаж. Но работать с ним и его командой мне очень понравилось. Да и конечный продукт невероятно хорош!

Личная жизнь

У тебя есть девушка, Мария. Расскажи, как познакомились?

— Мы учились вместе в Карпенко-Карого. Знали друг друга давно, четыре года бок о бок провели. Но только в конце учебы приняли радикальное решение (улыбается). Мы репетировали общий спектакль, играли главные роли, и у нас была драматически-лирическая линия. Чувства возникли не спонтанно. Мы много времени проводили вместе, очень хорошо знали друг друга. Когда поняли, что появилась симпатия, приняли решение быть вместе. И не пожалели. Нашим отношениям уже около двух лет. Живем вместе, свадьбу планируем.

Чувства возникли не спонтанно. Когда поняли, что появилась симпатия, приняли решение быть вместе. И не пожалели.

Уже обсуждали, какую свадьбу хотите?

— Мы очень много думаем на этот счет. Сначала думали отпраздновать в тесном семейном кругу, с самыми близкими, а потом уехать за границу. С другой стороны, попутешествовать мы еще успеем. Может, стоит все-таки собрать всех и отметить, как полагается…. В общем, мы еще думаем. Все будет зависеть от нашей занятости.

Надеюсь, мы первыми об этом узнаем.

— Хорошо, обязательно!

Мария тоже актриса. У вас даже есть общие спектакли. Как вам работается вместе?

— Здорово! Дома обсуждаем спектакли, даем друг другу советы, репетируем вместе, когда есть общие сцены. Честно говоря, это даже добавляет азарта. Ты же знаешь человека от и до. Понимаешь, что может вывести его из себя, как раскачать его на сцене, перед зрителями.

Признаюсь, иногда пытаемся друг друга спровоцировать. Подтолкнуть сделать что-то такое, что зритель не ожидает. Конечно же, без перегибов. Мы ведь знаем текст, контекст истории, от которого отступать нельзя. Поэтому не все позволительно. Я же не выхожу на сцену и не начинаю декламировать свои реплики на русском языке, если спектакль поставлен на украинском. Если импровизация есть, то всегда в меру.

Круто, что у вас есть общая тема для разговоров…

— Конечно! Не могу даже представить расклад, в котором моя жена не актриса. Мне кажется, нам было бы очень тяжело. Разные графики, разные интересы. Я счастлив, что все именно так, как есть!

Не могу даже представить расклад, в котором моя жена не актриса.

Недавно мы всем коллективом ходили на ваш спектакль «Двенадцатая ночь, или Что угодно». Вы с Марией играете не пару, а отдельных персонажей с собственными любовными линиями. Скажи честно, ревность возникает? Учитывая, что в конце и она, и ты целуетесь с другими…

— В театре все не так, как в кино. Это не поцелуй, а всего лишь его имитация. В кино все снимается крупным планом и не по одному дублю. Камеру не обдуришь, поэтому приходится целоваться максимально правдоподобно. В театре же все по-другому. Чтобы симитировать поцелуй, актёрам достаточно просто прикоснуться друг к другу  подбородками и задержаться. А все вокруг: «Глянь, целуются, круто!» Театр — это магия. Ты можешь кушать и наедаться без вилки, ложки и тарелки. Достаточно просто все это представить!

Поэтому нет, у нас не возникает на этом фоне ревности. Да и вообще хотелось бы по возможности этого избегать. Ведь это нездраво. Ей переживать нечего, и я знаю, что у меня нет повода.

Мы практически все свободное время проводим вместе. Конечно, если я два или три месяца снимаюсь, то ей тяжело. Редко видимся, я в основном провожу время на съёмочной площадке. Это её немножечко терзает. И я могу её понять.

У нас не возникает ревности. Ей переживать нечего, и я знаю, что у меня нет повода.

Актеры — достаточно эмоциональные люди. Скажи, это как-то влияет на вашу бытовую жизнь? У вас бывают грандиозные ссоры? С криками, битьем посуды…

— Мы очень эмоциональные, всякое бывает. Это нормально. Это же жизнь. И у неё разные грани. Ты ведь не можешь постоянно себя утихомиривать и говорить: «Так делать нехорошо». Иногда хочется вспылить, высказать все, спустить пар. Чтобы потом ходить спокойным месяц.

А кто из вас чаще «бросается тарелками»?

— Да мы оба такие! Мы идентичны. Можем загореться просто с нуля. И я, и она. Вот прям из ничего, а потом все снова прекрасно. И это не портит отношения, а придаёт им ярких красок.

Хорошо, а кто тогда из вас первым идёт на примирение?

— Наверное, я. Мне хотелось бы в это верить (улыбается).

Конечно! Тем более что «вы, мужчины, всегда во всем виноваты».

— Да-да! (смеется) Поэтому было бы немудро, если бы я ходил и обижался. На самом деле, уже и не помню, когда мы последний раз очень сильно ссорились. Но мелкие эмоциональные всплески бывают.

Могу даже привести пример. Недавно завелись с ней на ровном месте. Они сидели с нашей общей подругой, пили кофе. Я подошёл, завязался разговор. Неподалёку шел наш театральный режиссёр. Когда он проходил мимо нас, случайно задел стакан подруги, и она его выронила. Девчонки подумали, что это сделал я. Говорят: «Как ты так умудрился?» Объясняю им, что это не я сделал. А они настаивают, мол, видели, что это был я.

Очень не люблю, когда мне доказывают то, а чем я прав. Уверен, они и сейчас, прочитав интервью, посмотрят на меня и скажут: «Саша, ну это же ты уронил кофе» (смеется).

Уже и не помню, когда мы последний раз очень сильно ссорились. Но мелкие эмоциональные всплески бывают.

Интересно, как творческие люди договариваются в подобных ситуациях.

— Я считаю, компромисс — это залог успеха не только в отношениях. Это самое крутое, что может быть в жизни. Согласен, достичь компромисса сложно, но надо учиться. Бывает, мне ох, как хочется что-то сказать, а я сдерживаю себя, чтобы не наговорить лишнего. Это сложно, но вполне реально. К тому же, не факт, что ты прав в ситуации.

Жизненные факапы и муки совести

Саш, скажи, если бы была возможность вернуться в прошлое, ты бы изменил что-то в жизни? Есть моменты, за которые тебе стыдно?

— Безусловно, есть такие моменты. И в профессии, и в личной жизни, и с родителями. До сих пор помню, как слабохарактерно я себя повел в ситуации с мамой… Однажды мы ехали в маршрутке в Николаеве, мне тогда было лет 13-14. Транспорт был набит битком, мы стояли. Мама должна была выйти на две остановки раньше меня. В маршрутке разгорелась какая-то ссора. Один из мужчин, которые стояли неподалеку, начал громко кричать на соседа. Мы не обращали на это внимание.

И вот – мамина остановка. Тот скандалист начал выбираться из маршрутки, попутно расталкивая всех на своем пути. И так получилось, что уже на выходе он задел мою маму. Она, кстати, даже внимания на это не обратила, пошла себе дальше. А я просто опешил. Не понимал, что мне делать. Выбежать, догнать это быдло и набить морду? Пока у меня происходила «перезагрузка», маршрутка двинулась дальше. А я ехал, сжимал кулаки и так злился на себя, что ничего не сделал. Подумал тогда, если когда-либо подобное повторится в моей жизни, никогда не то что не промолчу, а подойду и врежу. Столько лет прошло, а мне до сих пор стыдно за пассивность, которую проявил тогда.

Это только один из примеров. Вообще мне есть, о чем жалеть. Например, однажды я камнем разбил девочке голову. Ну, вот скажи, это вообще нормально? Я тогда классе в пятом учился. Она мне понравилась, наверное. Вот я и решил «подкатить» (смеется).

Столько лет прошло, а мне до сих пор стыдно за свою пассивность.

Ничего себе, опасно тебе нравиться!

— Я не знаю, что на меня нашло. Честное слово. Помню, она домой шла, а я просто взял камень и швырнул ей в голову. Девочка, конечно же, расплакалась. Я долго потом извинялся. Говорил, что не хотел этого делать. До сих пор не понимаю, что меня подвигло на такой поступок. Помню, как смотрю на нее, поднимаю камень и швыряю. Уж очень она понравилась, видимо!

А еще однажды я камнем разбил голову своему лучшему другу…

Это у тебя такое хобби?!

— Да! Так что много не смейтесь, друзья, и комментариев плохих не пишите. Я камни коллекционирую! (смеется).

На самом деле это произошло, когда мы дурачились. Помню, гуляли во дворе, и как-то начали через забор друг другу перебрасывать всякие вещи. Он в меня палку вроде бросил, а я возьми да швырни в ответ камень. Друг мою идею подхватил, и тоже на камешки перешел. Ну, поиграли и успокоились. Он уже начал идти в сторону дома, а бросаю еще один камень. И попадаю в голову! Выбегаю из-за забора, смотрю – а там уже все в крови, у друга вся спина красная, за голову держится.

Нам тогда лет по 10 было. Но это все просто детские глупости. Это не значит, что я был садистом, который хотел всех убивать. Я и хорошего много делал! Просто сейчас только такие ситуации вспоминаются (улыбается).

Натерпелись же твои родители… Что не день, то новая cool story от сынишки.

— Еще одну ситуацию вспомнил! Снова себя в негативном свете выставлю. Но ничего не поделаешь, она и правда очень смешная. Родители рассказали об этом. Когда мне было пять лет, мы ехали с ними в троллейбусе. Возле меня сидела мама, я держался за поручень перед собой. А рядом стояла моя тетя. Сижу такой угрюмый, злюсь непонятно на что. Мы проехали так остановок пять. И тут мама говорит мне: «Саша, уступи тете Марине место». Я молчу, не реагирую. Она это еще раза три повторила. Я молчал-молчал, а потом как выдам: «Да идите на**й!» Пассажиры попадали со смеху!

Вообще не понимаю, откуда такие слова знал. Много раз спрашивал у родителей, в детстве я не матерился. Это был единственный раз!

Напутствие

Что посоветуешь подросткам, которые сейчас выбирают будущую профессию? Ведь не все родители такие же лояльные, как были у тебя…

— Доказывайте не словами, а делом! Недостаточно просто кричать: «Я уеду в Киев! Вы в меня не верите, а я вам докажу!» Нужно брать билет, садиться на поезд и доказывать. Да, будет непросто. Но когда родители увидят, что вы действительно этим горите, примут ваш выбор полностью. Может, даже поддерживать начнут. Я не гуру, конечно, но мне так кажется.

Доказывайте не словами, а делом!

Video: «Если хочешь чего-то добиться, меняй окружение»: Саша Рудинский о поворотных моментах, карьере и предстоящей свадьбе

Саша Рудинский о поворотных моментах, карьере и предстоящей свадьбе: Если хочешь чего-то добиться, меняй окружение

Автор: Олеся Бобрик

Фото: Павел Шнуренко