Больше пяти лет прошло с тех пор, как на большие экраны вышла вторая часть франшизы «Заклятие». Все это время поклонники фильма ужасов пристально следили за новостями, вчитывались в каждое интервью актеров и съемочной группы в надежде выведать дату выхода или малейшие подробности о новой истории. 3 июня мучительное ожидание киноманов подошло к концу: третья часть мистической франшизы наконец-то увидела свет!
Новая история получила название «Заклятие: По воле дьявола». Фильм расскажет жуткую историю террора, убийств и неизвестного зла, которая шокировала даже опытных исследователей паранормальных сил Эда и Лоррейн Уоррен (прототипы этих героев исследуют потусторонние силы и в реальной жизни). В основу сюжета легло одно из самых сенсационных дел в их практике, и начинается оно с борьбы за душу маленького мальчика. Однако на этот раз работа четы Уоррен не ограничивается спасением ребенка. Это дело заводит Эда и Лоррейн дальше, чем когда-либо в их практике. Они оказываются втянутыми в первое в истории США судебное разбирательство, когда подозреваемый в убийстве причиной совершения преступления называет свою одержимость демонами.
«Любовь – недостаточно большое слово»: Эксклюзивное интервью с Дакотой Джонсон и Джейсоном Сигелом
– В третьей части фильма «Заклятие» режиссер Джеймс Ван передал бразды правления основной франшизой Майклу Чавесу. Как вы отреагировали на его решение?
– Джеймс уже отказывался от режиссуры «Заклятия 2». Мы с Патриком [Патрик Уилсон, роль Эда Уоррена] уговаривали его, пока он не сдался. Когда услышала, что он может отказаться от работы над этой частью, подумала: «Снова буду его уговаривать, и это сработает». Я пыталась его убедить, отправляла ему сценарии…
Честно говоря, не думала, что Джеймс Ван когда-либо передаст бразды правления другому. Была уверена, что он срежиссирует третий фильм. Когда же стало ясно, что наша «травля» на этот раз не сработает, мы задались вопросом, сможет ли Джеймс найти кого-то, кто бы соответствовал его видению и больше всего на свете хотел стать режиссером фильма. Я знала, что Джеймс все равно будет участвовать в создании истории как продюсер. Знала, что отпечатки его пальцев будут повсюду. И когда мы с Патриком впервые встретили Майкла Чавеса, то поняли, почему режиссуру доверили ему. Мы полностью поддержали решение команды!
– Вы сказали, что Чавес – наиболее подходящий режиссер для работы над продолжением «Заклятия». Почему?
– Майкл любит франшизу. Когда он впервые заговорил о сюжете «Заклятия: По воле дьявола» и о путешествиях наших персонажей, это было сродни религиозному рвению. Когда мы слушали, как Чавес говорит об Эде и Лоррейн, их миссии и любви, мы буквально чувствовали его божественное вдохновение. Он подошел к третьей части, как к истории любви. Мне кажется, это очень правильное решение. Для меня франшиза «Заклятие» – не столько о привидениях, сколько о глубоких чувствах. Именно поэтому, пообщавшись с Майклом, я поняла, что наши герои и фильм в целом – в надежных руках.
И, конечно же, энергия и энтузиазм, радость и рвение Майкла Чавеса были настолько ощутимы, что передавались всем нам. Он был уверен. Он был готов взяться за работу. И это читалось в его словах и действиях. Думаю, именно преданность и фанатизм обеспечили ему место режиссера третьей части «Заклятия». Страсть всегда побеждает, не так ли? Страстные люди готовы буквально на все, и это отличает их от остальных. И именно у Чавеса страсти было в достатке. Благодаря этому он оставил конкурентов далеко позади.
– Что вы можете рассказать о деле, которое легло в основу фильма «Заклятие: По воле дьявола», и почему выбор пал именно на эту историю?
– Суд над Арне Джонсоном был одним из самых сенсационных для Эда и Лоррейн. Впервые в истории Соединенных Штатов Америки подозреваемый в убийстве заявил про одержимость демонами в качестве защиты. Этот конкретный случай дал продюсерам возможность увести историю от сосредоточения на доме с привидениями. Каждый раз, когда выходит новая часть «Заклятия», нам нужно повышать ставки страха и веры. И мы сделали это!
Кроме того, фанаты обожают Эда и Лоррейн, и уникальность этого детективного формата заключается в том, что он дает аудитории возможность провести больше времени наедине с ними, увидеть весь процесс их работы как демонологов. Это хороший вариант продолжения первых двух фильмов, он точно зацепит зрителей. В конце концов, Эд и Лоррейн занимаются изгнанием духов. И это все, чем они занимаются. В «Заклятии» избавление от зла ограничивалось четырьмя стенами небольшого дома. В «Заклятии 2» мы купили Эду и Лоррейн билет на самолет и отправили их в Англию. Но опять же, их работа была сконцентрирована на одном доме. В «Заклятии: По воле дьявола» наши герои покинули пределы дома с привидениями и отправились в «свободное плаванье» по миру.
– Франшиза «Заклятие» известна атмосферой страха и ужаса. Какие леденящие душу моменты пришлось пережить Лоррейн в третьей части?
– На этот раз Эд и Лоррейн оказываются в самых порочных и страшных местах. Они вынуждены покинуть пределы своего дома, чтобы попытаться разорвать темные связи с потусторонним. Поиск происхождения всего зла становится погоней за недостижимым. В результате дар Лоррейн подвергается серьезному испытанию. Ей предстоит столкнуться с, казалось бы, непобедимым соперником. Он хочет уничтожить Лоррейн и объявляет ей духовную войну. Темные духи, призванные заклятым врагом моей героини, пытаются убить ее и всю ее семью.
В третьей части дар Лоррейн усиливается. Она может не только видеть потусторонние силы и заглядывать в будущее, но и обладает ретро-познанием (видение прошлого). Ей предстоит распутать узлы прошлого и отправиться в глубины своего сознания, чтобы понять, какое начало имеет ее сила – божественное или демоническое. Все это становится для Лоррейн мучительным испытанием.
– Вы с Патриком Уилсоном уже девять лет совместно работаете над созданием франшизы «Заклятие». Как думаете, ваша дружба повлияла на экранные отношения Эда и Лоррейн?
– Что ж, здорово становиться старше вместе с фальшивым супругом (смеется). На самом деле, когда речь идет о такой интенсивной и тесной работе с партнером в течении долгого времени, просто невозможно оставаться равнодушными друг к другу. Не хочу показаться банальной, но моя любовь к старому доброму Патрику Уилсону продолжает усиливаться. Мы очень хорошие друзья, уважаем друг друга, ценим. Этот парень заставляет меня смеяться всегда и везде! Патрик знает мои самые сокровенные тайны, он в курсе всего, что происходит в моей жизни. Мы обожаем друг друга и обожаем семьи друг друга. У нас много общего. Эта глубокая дружба – дар от Бога.
– Незадолго до начала съемок «Заклятия: По воле дьявола» реальная Лоррейн Уоррен умерла. Повлияло ли это на ваш подход к персонажу? Изменили ли вы что-то, чтобы почтить ее память?
– У меня были особые отношения с Лоррейн, и у Патрика тоже. И я продолжаю ощущать ее присутствие и добродушие. Она всегда искала истину, всегда была жизнерадостной, нежной, сопереживающей. Служение другим имело для нее огромное значение. В каждом слове, которое она говорила мне, в каждом ее действии читалась ее преданность Богу. Время, проведенное с Лоррейн, всегда наполняло меня спокойствием. Я восхищалась ее непреодолимым стремлением приблизиться к Святому Духу и бескорыстно помогать другим. Лоррейн всегда говорила, что нет рецепта, который поможет в борьбе с атаками духов. Единственное, что можно сделать, – положиться на Святого Духа, который вас направит. Это она и делала. Когда враг наносил удар, она всегда опиралась на свою веру и Бога. Она твердо следовала мудрости Священного Писания. Ее душа была очень яркой, она будто светилась изнутри. Независимо от того, какую травму она получила, какие тьму и зло пропустила через себя, всегда была полна радости и благодарности. Лоррейн на собственном примере показала, что Бог есть любовь. Уважение к ее памяти означает признание ее дара, того, как она прожила свою жизнь, и привнесение этих качеств в характер моей героини.
– На съемочной площадке «Заклятия» есть традиция начинать работу с молитвы. Правда ли, что в этот раз благословения для всех просил настоящий экзорцист?
– Я верю в силу молитвы и медитации. Мне кажется, что молитва помогает нам сосредоточиться на благополучии других. Она дает нам надежду и безопасность. Да, у нас действительно есть этот ритуал на съемках фильмов «Заклятие». С его помощью мы освящаем пространство, в котором работаем, и благословляем. Мы хотим, чтобы нашей работе сопутствовали Божий свет и любовь. Лоррейн бесчисленное количество раз говорила мне: «Отдавая должное темным сущностям, вы тем самым подтверждаете их существование, так что давайте воздадим должное всему доброму, святому и чистому». Мне нравится начинать работу с того, что вся команда собирается вместе и просит благословения. Этот ритуал объединяет и защищает нас.
– Расскажите о ситуации, когда после молитвы на площадке на страницах вашего сценария появилась кровь. Как вы думаете, помог ли ваш ритуал успокоить необъяснимую активность на площадке?
– Да, было такое… Сразу после первой молитвы на моем сценарии появились следы крови. Не знаю, откуда они взялись, как они туда попали. Не люблю об этом говорить. Лоррейн сказала, что, отдавая должное темным сущностям, вы признаете их, а признание – это своего рода приглашение. Закон притяжения в действии: все, на чем вы сосредотачиваетесь, расширяется и тянется к вам. И начиная читать о мистицизме, я всегда испытываю леденящий ужас, ведь таким образом открываю дверь всему потустороннему.
Когда я начала изучать персонажа Лоррейн Уоррен во время работы над первой частью «Заклятия», около месяца или двух не могла оправиться от навязчивого ощущения страха. И чем больше я углублялась в дьявольский мистицизм, тем хуже мне становилось в моральном плане. Я просыпалась посреди ночи и краем глаза замечала, что рядом что-то происходит, иногда слышала звуки. Это было мучительно. Мне пришлось приложить немало времени и сил, чтобы научиться ставить барьер и защищать свою психику.
– Какие чувства испытают зрители, когда увидят фильм «Заклятие: По воле дьявола»?
– Надеюсь, они испытают старый добрый ужас (смеется). На самом деле, думаю, у зрителей волосы станут дыбом и выступит холодный пот. То, что они увидят, напугает до смерти. В то же время я очень надеюсь, и это особенно важно для меня, что аудитория поймет послание, которое мы с Патриком хотим донести. Любовь всегда побеждает зло. Любовь всегда рычит громче любых демонов. Там, где великая любовь, всегда происходят великие чудеса. Любовь – наше самое мощное оружие. Не существует препятствий, с которыми не может справиться любовь.
Читай также: